Возвращение Блистательной Порты

00satano Мало кто в мире отдает себе отчет в том, во что превращается, стремительно и необратимо, Турция. Территориальное ядро Оттоманской Порты, пять столетий контролировавшей весь Ближний Восток и добрую треть Восточной Европы. Могильщица и наследница Византийской империи и Аббасидского халифата. Соперница Персии, Австро-Венгрии и России, в XIX-ХХ веках растерявшая большую часть провинций и едва не исчезнувшая с политической карты мира. Государство, возрожденное и сохраненное Кемалем Ататюрком ценой насильственной вестернизации, запрета на публичные проявления религиозности и конституционного закрепления милитаризации политической жизни. Уцелевшее вопреки Севрскому договору и обещаниям, данным великими державами армянам, грекам, болгарам и курдам, в куда более широких границах Лозанского и Карского соглашений. Перенесшее столицу из имперского Стамбула в провинциальную Анкару, изгнавшее и уничтожившее армян и греков, жестоко подавившее курдов, лишенных права на национальность и язык. Балансировавшее между Германией и СССР, пока «холодная война» не позволила Турции занять место на «правом фланге НАТО», став вечным кандидатом в члены ЕС.

Все это в прошлом. Турция Партии справедливости и развития, страна «новых османов» Реджепа Тайипа Эрдогана и Абдуллаха Гюля - не «больной человек Европы» и не «управляемое средство американской политики». Оставаясь в НАТО, рамки присутствия в Афганистане Турция определяет самостоятельно, свержение Саддама Хусейна не поддержала, против боевиков РПК в иракском Курдистане действует так, как считает нужным, и, готовясь патрулировать Аденский залив и берега Сомали, военные действия против Ирана не приемлет.

Сотрудничая с США и Европой, она расширяет связи не только со своим крупнейшим торговым партнером - Россией, но и с Ираном, арабским миром и Африкой. Устанавливая безвизовый режим с Сирией, Иорданией и Ливией, поддерживая отношения с президентом Судана вопреки ордеру на его арест, выданному Международным уголовным судом, Турция демонстрирует самостоятельность внешней политики. Проводя аресты военных и сотрудников спецслужб, журналистов и профсоюзных лидеров по делу «Эргенекон», ограничивая вмешательство армии в управление страной и исключая традиционные в прошлом путчи - политики внутренней.

Контролируя Северный Кипр, она не возражает против объединения острова, выступает против распространения на Эгейское море конвенции ООН по морскому праву, превращающей его в «греческое озеро», и отвергает любое давление, полагая свою интеграцию в ЕС в настоящий момент более нужной сообществу, чем самой Турции, чья экономика пережила кризис куда увереннее, чем обанкротившаяся Греция.

Нормализуя отношения с Арменией, разорванные в начале 90-х гг. из-за карабахского конфликта, на государственном уровне отрицает геноцид армянского народа, но интернет-акция «Армяне, простите нас» собирает более трети миллиона подписей турецкой интеллигенции. Разрешая вещание государственного телеканала на курдском языке, сохраняет в действии принятый в 1928 году закон N 1353, запрещающий использовать курдский алфавит, включающий не используемые в турецком языке буквы W, X и Q (хотя использование их в английских надписях законом не ограничено), поскольку «только курдский язык может быть использован в сепаратистских целях».

Турция меняется, и изменения эти полны противоречий. В ушедшем году было посмертно возвращено турецкое гражданство Назыму Хикмету, но продолжал жить за границей из-за угроз националистов нобелевский лауреат Орхан Памук. Разрешая с середины 90-х празднование иранского Новруза, традиционно отмечавшегося в курдских провинциях, несмотря на кровопролитные столкновения с полицией, правительство пытается объявить его «исконным тюркским праздником».

Присягая на верность заветам Ататюрка, руководство ПСР вводит понятие исламской солидарности в политику, возражая против назначения датчанина А. Расмуссена генсеком НАТО из-за его позиции в ходе «карикатурного скандала», обрушиваясь на Израиль из-за операции «Литой свинец» в Газе и устанавливая отношения с движением «Нурджулар» и его лидером Ф. Гюленом.

Хотя турецко-израильские отношения все более осложняются, в разгар боев в Газе израильские летчики продолжили тренировочные полеты в Центральной Анатолии. Турецкая армия закупает израильское оружие, но учения «Анатолийский орел» были сорваны из-за требования Турции исключить Израиль из числа участников. Общим местом турецкой политики стали резкая критика Израиля со стороны высшего руководства страны вплоть до требования отказа от ядерных программ и столь же резкие ответные демарши израильских политиков. При этом контакты высших должностных лиц Турции и Израиля, в том числе министров обороны, президентов и премьер-министров, продолжаются. Ситуацию не изменил даже показ в Турции болезненно воспринимаемых в Израиле телесериалов, напоминающих о практике «кровавых наветов».

Новая Турция прагматично учитывает лишь собственные интересы. Именно этим объясняется ее позитивно-нейтральное отношение к российской региональной политике, включая конфликты в Чечне, Абхазии и Южной Осетии. Закрыв черноморские проливы для западных флотов в ходе российско-грузинского противостояния 2008 г., она не только избежала эскалации конфликта, но и напомнила Грузии об их разногласиях по проблеме турок-месхетинцев.

При этом в вопросах безопасности Причерноморья Россия и Турция - партнеры, но нахичеванская инициатива по созданию Тюркского совета со штаб-квартирой в Стамбуле противоречит интеграционным планам Москвы, а Турция, как держава, осуществляющая транзит углеводородов на мировые рынки, может быть союзником и России, и ее конкурентов, поскольку в турецких планах «Голубой» и «Южный поток» присутствуют наряду с трубопроводами Баку-Джейхан и «Набукко». Что касается политического ислама в турецком варианте, предсказывать, чем обернется возвращение на мировую арену Блистательной Порты для исламского мира, России и Европы, рано. Пока рано...

Евгений САТАНОВСКИЙ, президент Института Ближнего Востока