gototopgototop

Mishmar.Info

.

Monday
Apr 24th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size
Главная История Израиль История одного тюремного бунта.


История одного тюремного бунта.

Просмотров: 4486
E-mail Печать
Рейтинг пользователей: / 3
ХудшийЛучший 

    Эта история произошла 52 года назад. 31 августа 1958 года - день, черной страницей вошедший в  историю пенитенциарной системы Израиля. В тот        летний и необычайно знойный день вспыхнул бунт в       тюрьме "Шата", расположенном вблизи кибуца Эйн- Харод, что в Изреэльской долине. Во время бунта из   "Шаты", где находились в основном те, кто совершил   преступление против безопасности страны (то есть      арабы, осужденные за подрывную антигосударственную деятельность), бежали 66   заключенных.

    Дело было так. Взбунтовавшиеся арабы сумели прорваться в оружейную и, завладев ружьями, нейтрализовали тюремщиков, перерезали телефонные провода, выбрались во двор, оттуда - за ограждения и стали пробираться в горы, по направлению к иорданской границе. Почти всем им удалось попасть в Иорданию (напомню: дело было до Шестидневной войны, и граница с Иорданией проходила в нескольких километрах от тюрьмы "Шата", в горах Гильбоа, окружающих Изреэльскую долину). Последствия бунта оказались самыми плачевными.

 

    Бунтовщики убили двух охранников тюрьмы - Александра Егеря и Носи Шеваха, несколько служащих получили ранения разной степени тяжести. Усиленные наряды полиции, прибывшие в "Шату", усмиряя бунтовщиков, ранили 13 заключенных. Но шести с лишним десяткам опасных преступников, по большей части террористов, схваченных солдатами ЦАХАЛа и пограничной охраны в процессе подготовки подрывных акций, удалось бежать.

    Уже через несколько часов беглецы праздновали победу в Дженине, где попали в объятия родственников и товарищей по оружию. Позже, летом 1967 года, во время Шестидневной войны 9 из 66 бежавших заключенных тюрьмы "Шата" были захвачены израильтянами.
 

    Бунт и, побег заключенных из тюрьмы "Шата" надевал много шуму в правительстве и в СМИ. Разумеется, была создана комиссия (ее возглавил Эциони), которой поручили расследовать обстоятельства содержания заключенных в тюрьме, сделавшие возможными массовый побег. Одни возмущались тем, что тюрьма, в которой содержатся столь опасные преступники, расположена совсем рядом с границей. Другие сетовали на головотяпство охранников... Нас же во всей этой истории интересует совсем иной аспект. Речь пойдет об Ахмаде-Али Отмане, одном из ведущих сотрудников египетской разведки.
 

    Он прибыл сюда в 1957 году под видом французского журналиста. Незадолго до приезда в Израиль Отман обратился в наше посольство во Франции с просьбой об аккредитации и без труда получил разрешение: его документы были безупречны. Однако ШАБАК решил на всякий случай устроить за ним слежку. И вот однажды в Тель-Авиве его опознала женщина, только-только репатриировавшаяся из Египта, Она знала, что Отман - сотрудник египетской разведки, и, увидев его, немедленно отправилась в полицию. Женщина заявили, что хорошо знакома с Отманом, ошибки быть не может.
 

    Стало ясно: "французский журналист" находится в нашей стране с каким-то заданием. Сотрудники ШАБАКа усилили наблюдение за Отманом. С него не спускали глаз 24 часа в сутки на протяжении полутора недель, но не смогли обнаружить ни единой улики, указывающей на то, что этот человек занимается шпионажем. Он свободно передвигался по стране, часами просиживал в тель-авивских кафе, явно испытывая наслаждение от общения с людьми... Но тут в одной из старых египетских газет кто-то нашел снимок, на котором Ахмад-Али Отман был запечатлен в компании президента Египта Гамаля Абдель Насера и высокопоставленных государственных чиновников.
 

    "Журналист" был немедленно арестован. ШАБАК скрыл от общественности истинные причины ареста. В опубликованной в газетах информации говорилось, что это административная мера. О том, кто такой Отман на самом деле, не сообщалось. В КПЗ Отман провел три месяца. Охранники регулярно составляли отчеты о его поведении, в которых говорилось, что заключенный производит на окружающих очень сильное впечатление, обладает явными лидерскими качествами, мощным интеллектом, хладнокровен и великолепно образован. Один из следователей ШАБАКа дал Отману такую характеристику: "Очень мудрый человек, обладает особым ораторским талантом, мужеством, горд и не теряет присутствия духа даже в самые сложные моменты допросов".
 

    Так или иначе, Управление тюрем сочло необходимым выказать необычному заключенному особое почтение. Охранникам было приказано относиться к нему уважительно. Отману разрешили носить цивильную одежду, а не арестантскую робу, и покупать дорогие американские сигареты. Все то время, когда Отман находился в КПЗ, руководители ШАБАКа никак не могли решить вопрос, стоит ли вообще сажать его в тюрьму. Потом все же решили, что стоит. Ведь этого человека при надобности можно было бы обменять на израильтянина, если Египет задержит кого-то из наших соотечественников и обвинит в шпионаже. Но главным доводом в пользу столь важного решения стала куда более серьезная причина: в Париже Отман сблизился с левыми активистами, которые выступали за предоставление независимости Алжиру, и Франция, которая в тот период поддерживала хорошие отношения с Израилем, была заинтересована в том, чтобы Отман находился как можно дальше от нее и от ее проблем.
 

    Между тем пребывание Отмана в тюрьме наносило Израилю куда больший вред, чем тот, который он мог бы нанести, находясь на свободе. Его самообладание, харизматичность, знание арабского наряду с еще пятью иностранными языками превращали его, говоря сегодняшним языком, в тюремного пахана. Именно Отман стал одним из лидером бунта в "Шате". Именно он сообразил стрелять в замки, чтобы открыть двери камеры, что позволило заключенным бежать. А пока они перебирались через ограждения, именно Отман, забравшись на тюремную вышку, снабженную пулеметом, обстреливал окрестности, не позволяя охранникам и полицейским приблизиться к беглецам. Но что самое удивительное, Отман с присущим ему понятием о человеческом достоинстве и мужской дружбе ни словом не обмолвился о том, что между ним и тюремным охранником по имени Яаков Глик сложились особо доверительные отношения.
 

    Как выяснилось позже, в день бунта Отман спросил Глика: "Если бы я попытался бежать, ты стал бы в меня стрелять?" Гликман ответил: "Без малейших колебаний. Ведь это мой служебный долг". Тогда Отман сказал Глику, что сам он, будь у него в руках оружие, не использовал бы его против Глика. Тот пожал плечами: "Что за ерунду ты городишь! Ты не сбежишь, и мне не придется в тебя стрелять".
Через несколько минут после этой беседы Отман дал заключенным сигнал начать бунт. Один из охранников ранил его, и Глик, увидев это, затащил своего друга в одну из камер. Чуть позже бунтовщики передали Отману ружье, тот выбрался из камеры, открыл двери других камер, заключенные вырвались на свободу, и жизнь Глика, как и жизнь его коллег, повисла на волоске. Однако Отман не дал ему погибнуть.

   Он приказал заключенным оставить его в покое и даже помог спрятаться в душевой...
Ахмад-Али Отман мог бежать в Иорданию вместе с другими, но не стал этого делать, хотя понимал, что будет наказан. Так и случилось: Отман предстал перед судом по обвинению в организации бунта и убийстве Александра Егеря - этот факт засвидетельствовали и заключенные, и охранники. Позже обвинение в убийстве с него сняли и приговорили к 6 годам лишения свободы. В общей сложности Отман провел в тюрьме 9 лет, большую часть из них - в компании отпетых террористов. За это время ему удалось тайно переправить в Египет письма, страницы своего дневника и черновик книги.
 

    В 1966 году Отман вышел на свободу и вернулся в Египет. В следующий раз он побывал в Израиле только в 1994 году. У него было только два желания - еще раз увидеть тюрьму "Шата" и навестить Яакова Глика. "Наши судьбы тесно связаны, - утверждал Отман, - Я знаю, что Глик не забыл меня, но не уверен, что он захочет встретиться со мной, ведь для него тот бунт стал настоящим потрясением". Отман оказался прав: в тот жаркий августовский день 1958 года мир Якова Глика рухнул. Упомянутая комиссия Эциони в итоговом отчете указала, что охранник Яков Глик проявил трусость и далее не может выполнять служебные обязанности.

   Его уволили без выходного пособия, Особенно остро Глик воспринял тот факт, что другие его коллеги, при первых признаках бунта бежавшие куда глаза глядят и оставившие его один на один с разъяренной толпой бунтовщиков, которую он как раз и пытался остановить, избежали наказания. Сознание того, что по отношению к нему вершится несправедливость, и обида на судьбу подорвали нервную систему Яакова, что привело к серьезному психическому расстройству, а затем к инсульту, наполовину парализовавшему его.
 

    Отман, приехавший в Израиль, понятия не имел о том, в каком состоянии находится Яаков Глик. Тот принял его в своем скромном доме и даже организовал для него ужин. Во время трапезы он признался египтянину: "С того самого момента, как ты появился в тюрьме, я понял, что ты во всем отличаешься от других заключенных. Я понял, что ты попал в Израиль, потому что очень мешал кому-то там, во Франции. Тебя заманили в хитрую ловушку.

    В тюрьме сложилась к тому времени взрывоопасная обстановка, и я не раз докладывал об этом начальству, но меня никто не слушал. Заключенные открыто вступали в конфликты с охранниками, однако тюремное руководство не верило, что они решатся на бунт. Мол, у них нет вождя. Но я чувствовал: с твоим появлением в тюрьме все изменилось... Что ж, я сполна заплатил за свою беспечность".
 

    Отману тяжело было слышать столь откровенное признание. Почувствовал, что ему не хватает воздуха от волнения, он вышел на балкон. Там уже находились трое детей Яакова, которые не хотели мешать беседе отца с незнакомым им человеком,"Ваш отец, - сказал им гость, - самый мужественный и честный человек из всех, кого мне довелось встретить в жизни".


...Почти полвека прошло с того дня, когда в тюрьме "Шата" произошел бунт. Воспоминания о нем практически стерлись из коллективной памяти нашего народа. Остался лишь ответ комиссии Эциони, которая сделала из Яакова Глика козла отпущения.
 

    Ахмад-Али Отман на протяжении длительного периода служил в Алжире, куда его направили египетские власти, а в конце 1980-х ушел в отставку и проживает сейчас, по слухам, то ли в Египте, то ли в Венгрии. А тюрьма "Шата" со временем была перепрофилирована, и теперь в ней "мотают срок" криминальные элементы.
 

AddThis Social Bookmark Button

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить


Похожие статьи:
Следующие статьи:
Предыдущие статьи:

 
Интересная статья? Поделись ей с другими:
Баннер

Наша рассылка

Введите Ваш e-mail:

Создано в FeedBurner

Следи за обновлениями

Отдых и туризм в Израиле. Туры в Италию, Иорданию, Египет. Экскурсии Игоря Торика.
  Add Site to Favorites
  Make Homepage

Перевод

Рейтинг@Mail.ru

Израиль - каталог сайтов, рейтинг, обзоры интернета

Seo анализ сайта

 

Free counters!